Статьи
Закрыть
25 мая 02:38  Версия для печати

Александр Ходаковский: «Минск» никчемная бумага, которая ничего не представляет

Александр Ходаковский: «Минск» никчемная бумага, которая ничего не представляет

Александр Сергеевич, я вам предлагаю поговорить про «минск». Вы сегодня как раз написали статью по этому поводу, и где-то с неделю назад, как раз на том участке фронта, где оборону держал «Восток», случилось достаточно серьезное обострение. Хотелось бы узнать, что вы думаете по поводу самого обострения, и насколько сейчас сам «минск» помогает людям выжить? Вообще, что происходить, куда мы идем и к чему мы придем, в конце концов?

Ничего примечательного по поводу обострения я сказать не могу. Это не резкий взлет, а просто постепенная интенсификация, которая набирает определенные обороты и длительное время держится. Вот, сейчас каждый день, как по распорядку, противник обрабатывает те наши позиции, которые уже хорошо им пристреляны, которые ему хорошо известны. Потому что новых позиций у нас нет, у нас нет ресурсов и возможности занимать новые участки и строить там линию обороны. Мы ограничены в возможностях, что, в принципе, противник достаточно хорошо знает. У него мощно работает разведка.

Но и у нас есть установленные данные, о том, что ряд минометных позиций ВСУ расположены совсем на короткой дистанции от линии соприкосновения. Например, 120-й миномет, который может бить с дистанции до 7 км, расположен за 2 км, причем эти позиции не меняются. Раньше они работали и меняли свои позиции для того, чтобы мы не дали «ответку». Сейчас они просто накрывают нас сетями, иногда задымляют, и в принципе не меняют места расположения. А короткую дистанцию для 120-х минометов они выбирают потому, что в этом случае траектория полета мины другая, она приземляется почти вертикально вниз и очень эффективно поражает блиндажи и окопы.

ВСУ изменили тактику, они расслабились, они чувствуют себя абсолютно вольготно. Они чувствуют себя хозяевами положения. Они создали нам режим, при котором наши бойцы, находящиеся на передовой, уже знают, что нужно иметь несколько запасных блиндажей, соединенных между собой ходами сообщения. Некоторые наши позиции оборудованы таким образом, что один из блиндажей обязательно находится, например, под асфальтовой подушкой. Представьте, сколько там бетона, всевозможных «сыпучек» насыпано. Мина не пробивает. С этих позиций, конечно, огонь по противнику вести нельзя, но, в случае начала артобстрела, люди уходят в эти блиндажи и пережидают артобстрел там, а потом заново восстанавливают те позиции, с которых можно вести огонь, то есть блиндажи с деревянными накатами.

Нынешняя активизация признак и следствие абсолютно наплевательского отношения Украины к любым режимам перемирия и прекращения огня. Ну и, собственно, к «минску».

А отсюда уже вытекает наше отношение к «минску» как таковому. Очевидно, что Украина просто глумится над «минском». А то, что подвергается глумлению, уже нельзя считать полноценным. Это нонсенс, воспевать хвалу договору, который просто игнорируется, о который просто вытирают ноги.

Это издевательство над людьми, которые с одной стороны слышат прилет снарядов, а с другой – вещание официальных лиц с экранов телевизоров о том, насколько «минск» нужен, полезен и важен. «Минск» абсолютно дискредитировавший себя договор, никчемная бумага, которая ничего на сегодняшний день не представляет.

Это какое-то такое занятие для отдельно взятых людей, вовлеченных в процесс, например, в работу «минских» подгрупп. Полтора, два, три десятка человек, которые регулярно туда летают, имеют возможность путешествовать за казенный счет, встречаться, общаться, решать свои деловые вопросы. «Минск» стал узким закрытым клубом, но только для тех, кто к нему непосредственно причастен. Почему бы не прилететь в Минск, не «побазарить», простите за сленг, с кем-нибудь из Украины, не подружиться, не «порешать» какие-то свои личные вопросы? Такая платформа позволяет о чем-то договариваться. Я далек от мысли, что люди, которые участвуют в переговорных процессах, не общаются между собой на личном уровне. Они же не приходят и не наставляют друг на друга стволы. Они вместе пьют чай, а может и не только чай, о чем-то болтают, что-то обсуждают. И мне от этого противно, понимаете! А потом они приезжают сюда и рассказывают, что «минск» нужен.

Не нужен! Вот на сегодняшний день, в том виде, в котором он есть, он абсолютно не нужен. Он не только бесполезен, он абсолютно вреден для имиджа России, потому что так, как сегодня это делают «минском», о Россию ноги еще не вытирали.

«Минск» – это для России даже хуже санкций. Россия может не всегда видит, как со стороны это воспринимается, но мы ведь мониторим те же социальные сети. Читаем высказывания людей, которые представляют общественное мнение, особенно тех блогеров, что имеют широкую аудиторию. Они представляют не свое личное мнение, они аккумулируют мнение жителей Донбасса и демонстрируют его. Весь Донбасс сейчас уже вопиет от этого «минска». И адресует упреки России, соответственно, виня ее в таком отношении, когда очевиден саботаж «минска», а Россия продолжает играть в эту игру, чем на самом деле очень сильно вредит Донбассу и отношениям между Донбассом и Россией.

Почему претензии к России? Потому что, с момента подписания «минска», Россия не просто выступила гарантом этих соглашений, оно же еще пошла на практические шаги, чтобы подкрепить свой статус гаранта. Все, что у нас было, практически весь наш военный ресурс, мы передали ей под контроль. Я не буду расшифровывать детали. Любой человек, который разбирается в политике, хорошо понимает, что такое «взятие под контроль». Например, я отдал все, что я накопил с мая по июль – порядка 4 тысяч бойцов. Если бы процесс не был остановлен, к концу года у меня было бы уже 12 тысяч человек, а, ведь, мое подразделение не одно было. Там Безлер где-то был, Захарченко был. В среднем пропорция была у всех одинакова, и если бы нас не остановили, не отстранили от управления нашими основными военными ресурсами, не теми, что у нас остались – по батальону, два-три, а основными ресурсами, если бы нас не отодвинули от этого процесса, то у нас бы была совсем другая картина. Но именно в этом и заключается проблема, нас лишили права защищать самих себя. То есть мы, как местные представители, лидеры, которые подняли народ и повели его за собой на защиту этой территории, оказались лишены этого инструментария. Лишены Россией, прежде всего, во исполнение «минска».

Но лишив нас возможности самих себя защищать, Россия должна нас защищать сама. Вот почему вопрос к России. И любой россиянин, который оскорбляется из-за того, что мы ставим вопрос под таким углом, должен понимать, почему мы так поступаем.

Безусловно, справедливости и объективности ради нужно сказать, что если бы Россия не вмешалась и не оказала содействие, мы бы проиграли. С большей или меньшей степенью вероятности, на разных направлениях, мы бы в течение двух-трех недель потерпели поражение еще в августе 2014-го, до подписания первого «Минска». На моем участке фронта ситуация была достаточно стабильная, потому, что мы считались одним из самых боеспособных подразделений и могли противника сдерживать. Но если бы противник отрезал нас на участке Иловайск-Харцызск-Ждановка-Кировское-Енакиево, за моей спиной – в тылу, то моя агония просто продлилась бы немножко дольше. Но мы боролись бы. Мы проиграли бы, но в борьбе. А сейчас же идет медленное удушение. Мы проигрываем, но уже другим способом.

При этом теряем доверие к России. Потому, что Россия взяла на себя гарантии выполнения «минска» нашей стороной. Нас контролируют. Нам не дают возможности защищаться, лишив всего инструментария. Забрав у меня склады, отведя все тяжелое вооружение, взяв его под контроль и опечатав сургучной печатью, мне не дают возможности вести «паритетный диалог» с Украиной. Мое бездействие перед Украиной гарантируют. А кто гарантирует действия Украины перед нами?

Получается, что Россия нас сдерживает. Не дает нам возможности показывать Украине зубы и, в результате, мы постоянно терпим вот эти нагрузки, тяготы и лишения, когда нам на головы «прилетает». То на Трудовские, то еще куда-нибудь. Мирные жители гибнут. Это только потому, что мы, таким образом, со своей стороны, почти фанатично, выполняем этот «минск», а Украина просто вытирает об него ноги.

А вместе с ним, она вытирает ноги и об ДНР с ЛНР, и, соответственно, об Россию. О каких вообще паритетах и разговорах может идти речь?! Вот где узел противоречий! Он затянулся очень крепко в «минске». Никто не рассчитывал, что Украина, оправившись от шока, в который она впала, к примеру, после Дебальцево, получив определенную поддержку от Запада, поведет себя так нагло и безапелляционно, что сегодня она станет блокировать Приднестровье, отрезая еще одну русскую территорию.

Доверие, в связи с этим, падает не только к российским властям, но и к местным тоже. Вот хорошая была фраза о том, что вечерами канонада за окном мешает слушать по каналу «Россия-1» выступления наших первых лиц о соблюдении «Минских договоренностей». А падение доверия внутри, оно еще более страшное. И держится на таких, порой, зыбких вещах. Понятно, что в Донецке такого «майдана», как в Киеве, не будет. Но страшно, когда люди перестают верить даже соседям-друзьям.

Страшно тем, кто верил. А мы никогда в это не верили. Я имею в виду – не верили местным первым лицам. Потому, что знаем подноготную очень многих вещей и процессов. Никогда об этом не скажем, скорее всего, но знаем. Обычный обыватель, который потребляет, например, продукцию наших официальных телеканалов, он, естественно, верил, а сейчас перестает верить. Но нужно понимать: то, что говорят наши первые и не первые лица – это плата за власть. Когда им дали власть, их купили оптом. И тогда было понятно, что в качестве подписантов «Минска», они вершат не свою волю. Захарченко, объективности ради надо сказать, сопротивлялся. Он не хотел прослыть предателем в глазах народа, когда отказывался или отрекался от каких-то населенных пунктов или в принципе подписывал эти соглашения.

Он пытался бороться. Потому, что у нас хотели, например, отобрать Докучаевск. Не хотели признавать Дебальцево. В тот момент, когда он еще имел какое-то символическое право голоса, Захарченко пытался себя не осрамить, пытался даже выстроить свою позицию, подать ее так, чтобы не прослыть в глазах людей предателем. Слава богу, люди у нас понимали, что у Захарченко не было возможности диктовать условия в тех обстоятельствах. Но, по прошествии времени, как заезженная пластинка, это все повторяется.

Для каждого думающего человека очевидно, что люди, которые представляют нас в Минске – это просто формальные лица, которые выполняют функцию говорящих голов. Позицию нашу они там не отстаивают – они просто ее не имеют. Наша позиция определена исключительно геополитическими интересами больших игроков. Она очень хорошо конвертирована в эти интересы, вплетена в них. И, в принципе, ее пытаются доигрывать, потому, что нет каких-то глобальных изменений с точки зрения хитросплетений геополитики.

Сейчас на телеканалах воздают хвалу «минску», поют славословия ему. Такая конъюнктура на сегодняшний день. Но вопрос-то в другом. Есть достаточно большая прозрачность информационного поля. Несмотря на то, что официальные каналы дудят в одну дуду, информация протекает и россияне, и все те, кто интересуется процессами, происходящими на Донбассе, имеют возможность получать правдивую информацию.

Простой обыватель не будет целенаправленно искать альтернативную информацию. А вот те, кто формирует общественное мнение, кто небезразличен, найдут альтернативные источники. Естественно, они их обрабатывают, сопоставляют с тем, что говорит официальная пропаганда, и вот здесь официальная пропаганда получает очередной удар. Потому, что тогда уже все, кто не стесняется иметь свое мнение, в России, в том числе, имеют основания уличать официальную пропаганду в откровенной лжи. Когда Пушков рассказывает что-то, естественно он ориентирован на сердобольных пенсионеров, которых нужно успокоить, чтобы у них сердечного приступа не было, наверное, был меньше расход «корвалола» и «валидола».

Сейчас нельзя просто изолировать Донбасс, как какой-то анклав. Отключить его полностью от всех средств сообщения с Россией. И сделать информацию о расстрелянном Донбассе монопольной. Сделать ее прерогативой каких-то официальных российских телеканалов или официальных российских медиаресурсов. Нет, и сейчас все это признают, большая часть информационного поля уходит в неподконтрольные правительству медиасети и соцсети, которые, в принципе, достаточно объективно и, как мне кажется, своевременно и полно подают ту информацию, в которой нуждаются люди.

Каким образом можно закончить «минск»? Волевым решением признать, что он не выполняется? Что дальше? Говорят, что возможны изменения, но уже Нормандского формата? Что вообще может измениться?

Ожидается включение Америки в переговорный процесс. Но если Америка зайдет с той позицией, которую мы наблюдаем, то она только усилит антироссийское лобби в Нормандском формате. России и так тяжело там удерживаться, постоянно пикируясь с французами, немцами, я про Украину уже не говорю, потому что она в этом формате не субъект, а объект. Новый французский президент практически ставленник фрау Меркель, он будет занимать абсолютно пронемецкую позицию. При этом формате Россия останется в явном меньшинстве. И тогда возникает вопрос – зачем нужно самим соглашаться лезть на площадку, где ты будешь постоянно побиваемым. Где тебя будут просто бить толпой, а ты не сможешь адекватно ответить. Нужен ли этот Нормандский формат?! Может от него нужно вообще отказаться?! Может правильнее будет признать «минск» никчемным соглашением, невыполняемым Украиной на протяжении длительного периода?!

Ведь, в перечне пунктов соглашений «минска» заложены определенные казусы, которые предусматривают, прежде всего, определенную последовательность действий. Речь идет о принятии законов об отдельных территориях Донецкой и Луганской областей, имеется еще определенный ряд шагов, после выполнения которых передается под контроль граница, при участии украинских наблюдателей, контролеров проводятся выборы. Но Украина пытается вольно интерпретировать положения «минска», игнорируя оговоренную последовательность. При этом начинает говорить, что Украина, дескать, не обеспечит безопасность, пока она не возьмет под контроль границу, а ДНР не выведет отсюда тяжелые вооружения назад в Россию. Можно подумать, что танки с инвентарными украинскими номерами, которые мы взяли в качестве трофеев, мы будем отдавать в Россию, ну с какой радости?! В Украину может их вернуть, еще и извиниться, что мы ими пользовались?! Аренду заплатить за них?! Украина начинает откровенно издеваться. Начинает уходить от исполнения взятых обязательств. Таким образом, она дает основания говорить России, что «минск», в принципе, неработоспособная площадка.

Либо существуют игроки, которые заинтересованы в локализации этого конфликта, причем фразу «заинтересованы в локализации» надо поставить под огромный знак вопроса. Потому что мы-то не знаем всех этих тонкостей. На публике они говорят одно, дескать, нужно прекращать войну, а может быть на самом деле они говорят одно, а делают все с точностью до наоборот.

Но если европейцы действительно заинтересованы, в том чтобы все это, в конце концов, прекратилось, тогда всем нужно признать, что «минск» не выполняется, что Украина недоговороспособна, что она не в состоянии отвечать за свои слова и ее нужно в принципе признать недееспособной. Если государство, которое подписывает официальные документы, не выполняет положения подписанного документа, значит, государство не обладает политическим руководством, не обладает политической волей, и возможностью реализовать подписанные соглашения, хотя бы в каком-то формате, в каких-то рамках.

Украина показала полную неспособность это делать. Соответственно, нужно признать сомнительной дееспособность украинского правительства, украинской власти, как таковой. Соответственно, кто-то тогда должен выступить гарантами. И не надо нас толкать на межличностные отношения с Украиной. Мы уже и так три года «межличностно» общаемся с Украиной, да так, что и они, и мы не успеваем гробы закапывать. Пусть «старшие товарищи», которые де факто за нас и так все решают, берут на себя всю – от «А» до «Я» – ответственность, за то, что происходит здесь.

Понимаете, какая получается казуистика: мы ничего не решаем, но вроде как за все отвечаем. Мы ни на что не влияем в данной ситуации, мы не управляем никакими процессами. Разве что какой-нибудь дурак достанет сбереженный снаряд, засунет в ствол и выстрелит. А на деле те, кто в реальности управляют процессами, и должны между собой разговаривать.

Если Америка с Европой отвечают за недееспособную Украину, пусть они за нее подписывают документы и несут ответственность. И, если Украина не выполняет пункты договора, то пусть они по отношению к ней применяют всевозможные санкции. Потому что иначе получается полная безнаказанность.

Мы возмущаемся, но мы же должны признать, с точки зрения дипломатии и политической логики, Россия полностью выполнила даже те обязательства, которые не прописаны в Минском договоре, но подразумевались теневыми договорами. Т.е. сейчас Россия взяла полностью под контроль наши возможности, и мы сами не можем прибегать ни к каким мерам по отношению к Украине. Но кто возьмет под контроль взбесившуюся Украину?! Кто понесет за нее ответственность?

Вот и пусть Россия будет гарантом нашей безопасности и отвечает за нас, поскольку она связала нас полностью по рукам и ногам положениями «минска». А Запад пусть несет ответственность за Украину. Пусть Россия договаривается с Западом, который потом, в случае невыполнения договоренностей, душит Украину санкциями, запрещает ей иметь собственное вооружение, инвентаризирует ее вооружения и еще что-то с ней делает.

Надо вывести игру из этой иезуитской формы, когда решают за нас «старшие братья», а подписываем договоры и сидим за столами вроде как мы. Пусть, кто решает, тот и подписывает. Несет ответственность, обеспечивает гарантии, вот тогда ситуация, в конце концов, начнет быть стабильной.

В чем возникает угроза и опасность – в том, что Россию втянут в войну? Если ее хотят втянуть, то ее и так втянут. А если ее хотят втянуть, а она будет сопротивляться, то, в конце концов, она ослабеет настолько, что потом просто и втягивать будет некого. Потому что собственный народ разочаруется в России.
Поделиться в соцсетях:

Если вы заметили ошибку, выделите необходимый текст и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить об этом редакции

Новости
Больше новостей »